После победы на президентских выборах Дмитрий Медведев взял к себе в администрацию только одного однокурсника — Константина Чуйченко, перешедшего из «Газпрома» на пост начальника контрольного управления президента. Но и другие его приятели времен учебы на юридическом факультете ЛГУ в обиде не остались. Так, в декабре 2008 г. Медведев назначил своим полномочным представителем на Урале Николая Винниченко, который прежде руководил Федеральной службой судебных приставов (а освободившееся кресло в ФСПП занял еще один однокурсник президента, Артур Парфенчиков). В интервью «Ведомостям» Винниченко рассказывает о студенческой дружбе и о том, чем ему приходится в результате этой дружбы заниматься.
— В последнее время однокурсники президента все чаще получают назначение в силовые органы. Последний случай — назначение Татьяны Леоненко зампредом СКП. Правда ли, что силовики не очень признают ставленников президента? Та же Леоненко не осталась в Москве, а после назначения была отправлена на Урал.
— Не вижу проблем. Все назначения проводятся исключительно по деловым и профессиональным качествам, а место работы определяется только исходя из текущих задач. Это в полной мере относится и к Леоненко, а также к нашему однокурснику и моему одногруппнику Дмитрию Сергееву, который в феврале стал начальником УВД Ямало-Ненецкого округа.
— Удается вам помимо рабочих поддерживать и дружеские отношения?
— Конечно, мы встречаемся, у меня хорошие отношения со всеми моими однокурсниками. Кто-то, конечно, ближе. Но вообще, мы все держим друг друга в поле зрения и стараемся друг другу помогать. Это касается всех моих однокурсников.
— Правда ли, что существует некий неформальный клуб старых сослуживцев-однокурсников Дмитрия Медведева?
— Речь идет, наверное, о встречах однокурсников, которые последние лет пять ежегодно проходят по инициативе президента в Санкт-Петербурге. До этого были юбилейные встречи со дня выпуска. Там собирается весь курс. Встречаемся, общаемся, как обычные однокурсники.
— Чувствуете какое-то особое внимание президента к вашей персоне?
— Внимание есть, и оно постоянное. Скажу одно: я подчиненный президента — и отношения у нас как у руководителя и подчиненного. Это в порядке вещей, иначе никакой системы управления просто не будет. Точно так же и я выстраиваю отношения — ведь под моим началом тоже работали мои однокурсники. Это этика поведения, выработанная опытом работы.
— Предложение стать полпредом — это было первое предложение трудоустройства, которое поступило от Медведева?
— Нет, не первое. Первое — в Федеральную службу судебных приставов. Это был достаточно сложный период моей жизни, тогда Дмитрий Анатольевич протянул мне руку помощи. И я ему за это благодарен. Я надеюсь, что смог оправдать это доверие своей последующей работой.
— Вы ранее возглавляли Федеральную службу судебных приставов. Сейчас обсуждаются несколько вариантов усовершенствования ее работы: передать полномочия привода людей в суд, военизировать структуру. По какому пути надо идти, на ваш взгляд?
— Реформа уже прошла. Сейчас основной вопрос — придание службе правоохранительного статуса. Она военизирована, имеет возможность использовать специальные силы и средства при отражении нападения на суды или во время исполнения судебных решений. Я считаю, что сложившийся де-факто статус правоохранительного органа, который служба имеет, расследуя уголовные дела, охраняя суды, должен быть закреплен де-юре. Она должна получить право оперативно-розыскных действий и льготы для сотрудников, которые имеют Госнаркоконтроль, ФСБ, милиция… Позиция руководства службы, я знаю, не изменилась. Будет ли принято решение — вопрос законодателей и руководства страны.
— Когда создавался институт полпредов президента в федеральных округах, перед ними ставились определенные задачи — приведения к федеральному законодательству регионального, подбора кандидатов на посты губернаторов. Какие задачи стоят перед вами сейчас и достаточно ли полномочий и инструментов влияния на ситуацию?
— Я бы не сказал, что сейчас полпредам чего-то недостает для успешного исполнения полномочий. Из административных рычагов у нас есть такой серьезный инструмент, как контрольный департамент. Он, как и Контрольное управление президента России, может инициировать и провести проверку любой структуры, и его выводы обязательны к исполнению. В вопросах кадровой политики по-прежнему остаются полномочия по согласованию назначений руководителей федеральных структур: первых лиц и заместителей. Кроме того, у меня, как полномочного представителя, есть резерв, насчитывающий около 7000 человек. Более 150 из них уже получили назначения на ответственные должности в субъектах Федерации.
— Участвуют ли сегодня полпреды в подборе кандидатов в губернаторы?
— Формально в процедуре выдвижения кандидатур не участвуем, но в консультациях перед выдвижением списка возможных претендентов участие, мы, конечно, принимаем. Предложения по этому вопросу направляются в администрацию президента. Повлиять на ситуацию мы можем на всех этапах рассмотрения кандидатур на должности губернаторов вплоть до момента принятия президентом окончательного решения.
— Полпреды подают ежегодные доклады президенту о социально-экономическом состоянии в областях с оценкой деятельности губернаторов. А если руководитель идет на переназначение, вы подводите итоги его работы?
— Естественно, перед вынесением решения о дальнейшей судьбе того или иного губернатора мы даем полную характеристику по эффективности работы субъекта за весь срок, в течение которого он им руководит. Надеюсь, эти оценки учитываются.
— Сейчас насчитывается более 200 критериев оценки губернаторов. Вы отчет готовите по всем этим критериям?
— Унифицированной формы нет. Мы пришли к выводу, что система индикативной оценки работы губернатора должна быть адаптирована применительно к федеральному округу и функционировать в режиме онлайн. Тогда ее можно использовать при принятии кадровых решений. Пока же период обработки Госкомстатом 200 показателей занимает полгода.
— Какие критерии нужно оставить?
— Прежде всего это эффективность бюджетных расходов, потому что от этого напрямую зависит социально-экономическое положение населения. Важны также проблемы привлечения инвестиций и создания нормального инвестиционного климата. Необходимо оперативно отслеживать, насколько эффективно работает региональная администрация, насколько привлекательным с точки зрения инвестиций является регион. Это позволит своевременно улавливать тенденцию и ориентировать губернаторов на внесение корректив в работе с инвесторами. Еще один параметр — индекс промышленного производства, который является индикатором развития экономики в целом. Все это легко учитывается, а потому срок расчетов может быть сокращен.
— А вы изучаете только отчеты, которые присылают вам губернаторы, или выезжаете на места для изучения ситуации?
— Мы проводим проверки по самым болевым проблемам, которые беспокоят и население, и нас. Например, регулирование жилищно-коммунальных тарифов, цен на лекарства. Проводятся и комплексные проверки развития региона.
— Вы проверяли факты роста тарифов на жилищно-коммунальные услуги в Уральском регионе. Каковы результаты проверки?
— С учетом выявленных злоупотреблений в тарифной политике мы предложили региональным властям принять меры для снижения неоправданно завышенных тарифов. По ряду случаев обратились в прокуратуру для более глубокого изучения ситуации и при необходимости наказания виновных. По проблемам, требующим федерального регулирования, подготовлены и направлены предложения в администрацию президента.
— И что вы предлагаете?
— Три вещи. Первое — необходимо разработать и реализовать программу внедрения энергосберегающих приборов учета. Второе — управляющие компании и другие хозяйствующие субъекты в сфере ЖКХ часто крайне неэффективно тратят средства, которые им поступают в виде платежей от граждан. Поэтому люди должны иметь возможность оценить реальную стоимость тепловой энергии и четкое представление о том, какие органы власти могут влиять на неправильную политику таких коммунальных предприятий. В Свердловской области есть целый институт, который на своем сайте размещает тарифы и примерный порядок расчетов. Эта проблема должна решаться в рамках системы электронного правительства. И наконец, в системе доставки, например, тепловой энергии слишком много посредников. Они взвинчивают цены на свои услуги, закладывая их в тариф. Нужны, возможно, даже законодательные запреты на использование услуг посредников.
— Вы отметили, что одним из главных критериев оценки губернаторов, которую нужно давать постоянно, должна стать работа с инвесторами, особенно иностранными. Какова сейчас ситуация в регионах?
— Лидеры в этой сфере — Свердловская и Челябинская области, поскольку имеют давние традиции работы по привлечению инвесторов. Север Урала — ХМАО и ЯНАО — в меньшей пока степени интересует инвесторов, но и эти регионы работают над привлечением дополнительных средств. Например, недавно в ХМАО — Югре устраивали презентацию возможностей субъекта Федерации для дипломатических представителей различных стран. Летом хотим провести окружной инвестиционный экономический форум. Прежде всего для зарубежных инвесторов — они могут прийти к нам с высокими технологиями для новых производств.
— Как выполняется в связи с кризисом главный инвестиционный проект округа «Урал промышленный — Урал полярный»? На какой он стадии?
— Мы защитили проект в Главгосэкспертизе. 20 октября прошлого года была подана заявка в инвестиционный фонд. Сейчас заканчиваются работы по ее прохождению в инвесткомиссиях Минтранса и Минрегионразвития.
Параллельно сформирован пул инвесторов по основным направлениям реализации проекта, а это строительство транспортной инфраструктуры, объектов энергетики, геологоразведка и освоение природных ресурсов, инновационно-инвестиционный блок, блок развития промышленности федерального округа. Сегодня у нас порядка 25 инвесторов первого уровня. Среди них «Газпром», РЖД, «Новатэк», ВЭБ, ВТБ, «Роснано» и многие другие. Есть и иностранные инвесторы — чешско-венгерский OHL, фонд Novaar…
И уже в середине марта за счет самой корпорации начато строительство железной дороги Салехард — Надым, протяженность которой составит более 300 км. В этом году будет заложена и часть 600-километровой железной дороги по восточному склону Уральских гор Полуночное — Обская со стороны Свердловской области. Происходит тестовый запуск, и в апреле будет запущена 45-мегаваттная электростанция в районе поселка Харп (ЯНАО), а в июне будет заложена станция Полярная (Ямал) на 450 мегаватт. Общая же мощность планируемых проектом объектов генерации — 6000 мегаватт. Все это вместе обеспечит север округа дешевой энергией, даст новый импульс развитию региона, приведет к диверсификации экономики Ямала и Югры… Словом, в 2010 г. проект «Урал промышленный — Урал полярный» вступил в решающую стадию. В 2014 г., когда первые транспортные и энергетические объекты будут завершены, экономика территорий УФО изменится, и изменится радикально.
— Сумма инвестиций в транспортные проекты корпорации до 2015 г. оценивалась в 397 млрд руб., в энергетические — в 311 млрд руб. Как вы сказали, корпорация будет привлекать средства инвестфонда (пока из бюджета выделено 4 млрд руб.). На каждый рубль госсредств нужно найти 3 руб. частных инвестиций. Вы продолжаете вести переговоры и с кем?
— Прежде всего со Свердловской и Курганской областями. В начале текущего года корпорацией проведена допэмиссия, за счет которой в состав акционеров входит — этот процесс практически завершился — Свердловская область. Ведется очень серьезный диалог и с Курганской областью, интерес со стороны расположенных там крупных машиностроительных предприятий (таких, как «Курганстальмост») мы ощущаем ежедневно. Есть и очень большой интерес со стороны металлургов. К примеру, Челябинский металлургический завод и УГМК заинтересовались разработкой хромитовых руд. Надо особо отметить, что мы ориентируем их на то, чтобы добытые ископаемые перерабатывались по месту добычи, что потребует строительства горно-обогатительных комбинатов. Очень значим недавно подписанный протокол о сотрудничестве с компанией «Транснефть». Мы начинаем совместный проект по строительству нефтепровода Пурпе — Самотлор. Наряду с корпорацией в финансировании строительства будут участвовать и Тюменская область, ХМАО, ЯНАО. Тем самым мы коррелируем проект «Урал промышленный — Урал полярный» с программой развития инфраструктуры по транспорту нефти в ЯНАО и на севере Красноярского края. Фонд Novaar Capital Management, управляющий частными инвестициями королевской семьи Саудовской Аравии, декларировал желание вложить в реализацию проекта порядка $750 млн. Мы предложили им на выбор вложиться в разработку ископаемых, в строительство железной дороги Салехард — Надым и электростанций. Посмотрим, что они выберут. В последние месяцы интерес к сфере железнодорожного строительства стали проявлять компании из Южной Кореи.
— Правда ли, что есть проблемы с подтверждением ресурсной базы?
— Проблемы есть. Порядка 10 месторождений требуют доразведки. Стопроцентное подтверждение есть только на месторождения бурого угля и хромитовых руд. В настоящее время еще не подтверждены полностью месторождения полиметаллов, марганца, баритов, редкоземельных металлов (подробную прогнозную карту вы можете посмотреть на сайте корпорации «Урал промышленный — Урал полярный»: cupp.ru. — «Ведомости»). Мы не можем говорить, будет ли там что-то. Однако подчеркну: есть признаки и прогнозы, которые дают основания для проведения дальнейшей промышленной разработки. Но необходимо понимать следующее. Геологоразведка всегда опирается на мощную транспортную поддержку. Необходима соответствующая инфраструктура. Строительство дорог, которое мы сейчас начали вести (16 марта запущено строительство дороги Салехард — Надым), и должно дать доступ к ним, возможность провести геологоразведку. Сейчас корпорация разработала специальную программу, нацеленную на разработку горнорудного блока, и намерена в 2010 г. потратить на вопросы доразведки и разведки до 500 млн руб.
— В конце 2009 г. гендиректор корпорации Олег Демченко неожиданно подал в отставку. Возникла версия, что он ушел из-за выявленных проблем с неэффективным освоением средств на проекте.
— Смена произошла в связи с тем, что руководитель корпорации написал заявление об уходе. Оно было принято, одобрено членами наблюдательного совета, ну а причины могут быть разные — например, его состояние здоровья. Кстати, задачу, которая перед Демченко ставилась, тогдашнее руководство корпорации выполнило — подготовка документов для защиты проекта в Главгосэкспертизе. А сейчас нам нужны практики, которые будут строить. Это поможет оптимизации работы корпорации. Что касается защиты проекта от коррупции, в конце 2009 г. проведен масштабный аудит финансово-хозяйственной деятельности корпорации, это станет постоянной практикой. Как ни парадоксально, но именно привлечение международных инвесторов, мы думаем, поможет нам в деле контроля за эффективностью освоения средств и борьбе с коррупцией. Частный инвестор свои деньги хорошо считает. Будет и еще одна новация. Скоро мы введем в руководящие органы корпорации независимых представителей.
— Президент сказал, что больше трех сроков губернаторы не получат. У вас в половине регионов (Свердловской, Челябинской областях, Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком автономных округах) руководители подпадали под этот критерий. Они ушли. Проводили вы с ними разъяснительную работу, что нужно молодым уступать дорогу?
— Накануне ухода я с каждым из них разговаривал. Абсолютно адекватная реакция была у всех. Все понимают идеологию действий президента, критерии, которыми руководствуется глава государства, оценивая перспективы продления сроков.
— А с Эдуардом Росселем говорили? По тому, как проходила смена руководства в Свердловской области, создалось впечатление, что он до последнего сопротивлялся уходу.
— Беседовали со всеми, включая Эдуарда Эргартовича. Это был первый опыт. Логика действий губернаторов вырабатывалась в том числе с учетом опыта соседей. То, что сделал [губернатор Ямало-Ненецкого округа] Юрий Неелов, — это правильный, мужественный шаг государственного деятеля, который ответственно относится к вопросам судьбы региона, [челябинский губернатор] Петр Сумин последовал его примеру.
— Если один и тот же человек много лет занимает губернаторский пост, это как-то влияет на социально-экономическую ситуацию в регионе? Это положительный фактор или отрицательный?
— Принцип ротации должен работать, потому что через 15 лет в одном регионе у любого руководителя глаз, как говорится, замыливается. Многие вопросы, требующие оперативного или системного подхода, не всегда решаются эффективно. Хотя из-за кризиса показатели развития сейчас везде низкие, кроме ЯНАО, где выручает высокая концентрация газовой отрасли. Но в регионах, где губернатор работает третий или четвертый срок, он, как правило, снижает уровень контроля за своим окружением. Как результат, появляются нерешенные проблемы, сам глава региона менее оперативно реагирует на них, реже ездит по региону. Как результат, чаще требуется мое вмешательство. Несколько раз в прошлом году дело шло к тому, что по указанию президента мне пришлось бы взять определенные вопросы управления в таких регионах на себя. Сейчас я вижу, что после замены руководителей меньше поступает сигналов о том, что губернатор не принимает мер по решению той или иной проблемной ситуации. Вновь пришедший руководитель ведет себя активно, мне меньше приходится вмешиваться в его дела.
— Насколько виноваты губернаторы в таких событиях, как в пермской «Хромой лошади»?
— Губернатор отвечает за все. Это высшее должностное лицо в регионе. Пожарная безопасность — не исключение. Эта мысль не раз звучала на разных уровнях, в том числе и на уровне президента России.
— А насколько губернаторы в ответе за выборы? Как вы относитесь к практике, когда губернаторы возглавляют список «Единой России»?
— Нормально, если губернатор член партии. Мы же нормально относимся к тому, что правящая партия выдвигает кандидатов на губернаторские посты. Губернатор вправе возглавить список и как политическая фигура своим присутствием влиять на ход предвыборной борьбы.
— А вы не думаете, что они влияют на процесс не только как политическая фигура, но и своим административным ресурсом?
— Наша задача — контролировать, чтобы этого не произошло. Но участвовать в таком контроле должно все общество, в том числе и оппозиция.
— А на полпредов возлагается ответственность за выборы?
— Полпреды, как и губернаторы, ответственны за все. С нас спрашивают за все. Хотя основная наша задача — не допустить провалов при реализации поручений президента, в том числе в области внутренней политики.
— А что считается провалом на выборах? Когда «Единая Россия» набирает меньше 50%, как в Свердловской области?
— Я не считаю выборы там провалом. Провалом я считаю чрезвычайные происшествия — нарушения прав, вбросы, применение черных избирательных технологий и острую реакцию на это со стороны людей. Провал — это такая ситуация, когда граждане выходят на улицы, потому что не могут найти отклика ни у правоохранительных органов, ни у руководства субъекта Федерации, ни в аппарате полпреда. Мы таких ситуаций не допустили и не допустим.
— В прошлом году возник скандал вокруг действий ваших заместителей Владимира Крупкина и Бориса Кириллова, которых обвинили в том, что они помогали на выборах «Единой России». Насколько их последующее увольнение было с этим связано?
— Абсолютно не связано. Если бы было по-другому, я бы никогда не взял одного из них на руководящую должность в корпорацию «Урал промышленный — Урал полярный». Они бы ушли, как говорится, с волчьим билетом. Вот сейчас у меня увольняется руководитель департамента внутренней политики — и тут же появляется публикация, что это связано с провалом на выборах в Свердловской области. Это неправда, у человека реальные проблемы со здоровьем. Просто ни он, ни мы никогда из этических соображений об этом говорить не будем.
«Читаю Ильина – о философии права»«У меня довольно плотный график, на этой неделе было три перелета в регионы и в Москву, а завтра полечу в Санкт-Петербург. Следующая неделя: Челябинск, приезд президента в Ханты-Мансийск, Волгоград, Сочи. В таком режиме сложно находить время еще для чего-то. Когда есть время, занимаюсь спортом. Я бывший пловец. Плавание — единственный способ расслабиться. На сон времени нет. Пользуюсь выходными, чтобы немного отоспаться. Книги, музыка, кино — все это доступно только при перелетах. Очень полезное, кстати, время, когда можно что-то почитать. Сейчас читаю труды по философии права замечательного русского мыслителя Ивана Ильина. Его книги всегда дают богатую пищу для размышлений о прошлом и будущем России, да и всего человечества в целом».
Винниченко о дружбе с Медведевым«Я бы не сказал, что характер отношений был какой-то эксклюзивный. Мы вращались в общей студенческой среде. У него были интересы, связанные с кафедрой гражданского права. Я больше специализировался на уголовно-процессуальной тематике. В одни и те же научные секции мы точно не ходили. Выезды на картошку, военно-полевые сборы — вот общие воспоминания у всех. Это было студенческое братство, студенческая дружба, которые до сих пор сохранились».